Часть 2
, гарантировав им возможность реализовать право на жилище с учетом такого права, возникшего у самого военнослужащего. Это подтверждается и позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в пункте 29 постановления его Пленума от 29 мая 2014 года № 8 "О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих". Таким образом, изначально предполагалось, что на день гибели (смерти) военнослужащего происходит оценка жилищных прав, сформировавшихся к этому моменту как у членов его семьи, так и у него самого. Однако на практике это положение стало пониматься так, что на момент смерти определяется именно состав семьи военнослужащего, сохраняющей право на жилищное обеспечение, а значит, отсутствует возможность включить в число членов семьи военнослужащего того ребенка, который рожден после его смерти и в отношении которого отцовство устанавливается по правилу пункта 2 статьи 48 Семейного кодекса Российской Федерации: при рождении ребенка в течение трехсот дней с момента смерти супруга его матери отцом ребенка признается умерший, если не доказано иное. Между тем действующее законодательство защищает интересы таких детей. Например, в рамках институтов возмещения вреда и наследования обеспечиваются права детей, в том числе родившихся после смерти кормильца или после смерти наследодателя (статьи 1088, 1116, 1163 и 1166 ГК Российской Федерации). Социальное законодательство также предусматривает меры по защите интересов детей, родившихся после смерти отца. В частности, независимо от момента рождения детям в случае смерти отца назначается пенсия по случаю потери кормильца; на основании пункта 21 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" ребенок умершего, родившийся после его смерти, имеет право на получение ежемесячных страховых выплат в случае смерти застрахованного лица. Согласно Правилам выплаты ежемесячного пособия детям военнослужащих и сотрудников некоторых федеральных органов исполнительной власти, погибших (умерших, объявленных умершими, признанных безвестно отсутствующими) при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей), и детям лиц, умерших вследствие военной травмы после увольнения с военной службы (службы в войсках, органах и учреждениях) по контракту (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 2010 года № 481), с месяца рождения ребенка, родившегося после гибели (смерти) родителя, назначается ежемесячное пособие детям военнослужащих, погибших (умерших, объявленных умершими, признанных безвестно отсутствующими) при исполнении обязанностей военной службы, и детям лиц, умерших вследствие военной травмы после увольнения с военной службы по контракту (пункт 7). Следовательно, в российском законодательстве сформировался общий подход, в силу которого детям, родившимся после смерти отца, гарантируется защита их имущественных интересов и социальная защита наравне с детьми, рожденными на момент гибели (смерти) отца.
4. Пункт 11 статьи 151 Федерального закона "О статусе военнослужащих" в его понимании на практике - вопреки основанному на Конституции Российской Федерации, ее статьях 7, 38 (часть 1) и 671 (часть 4), межотраслевому подходу - исключает детей военнослужащего, рожденных после его смерти, из числа членов его семьи, имеющих право на получение предусмотренных законом гарантий жилищного обеспечения, несмотря на то что их отцом согласно семейному законодательству признается умерший. Потому возможна ситуация, когда дети, являясь членами одной семьи, ставятся в разное положение в зависимости от даты своего рождения и те из них, кто рожден после смерти отца, не учитываются в целях определения состава семьи, что оказывает непосредственное влияние на размер предоставляемого жилого помещения или жилищной субсидии, единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения. Между тем, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях) (постановления от 24 мая 2001 года № 8-П, от 5 апреля 2007 года № 5-П, от 3 февраля 2010 года № 3-П, от 27 февраля 2012 года № 3-П, от 15 октября 2012 года № 21-П, от 19 февраля 2018 года № 9-П, от 22 марта 2019 года № 15-П и др.). Как следует из сказанного, оспариваемой нормой нарушается право на жилищное обеспечение ребенка погибшего (умершего) военнослужащего, родившегося после его гибели (смерти), поскольку при определении размера предоставляемого жилого помещения (норматива общей площади жилого помещения при предоставлении жилищной субсидии, единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения) такой ребенок не учитывается в составе семьи, что не согласуется с конституционными принципами равенства и справедливости. Исключение ребенка, родившегося после смерти военнослужащего, из числа членов его семьи, имеющих право на жилищное обеспечение, приводит к тому, что семья получает жилое помещение (жилищную субсидию, единовременную денежную выплату на приобретение или строительство жилого помещения) без учета доли такого ребенка, тогда как норматив общей площади жилого помещения при предоставлении жилищной субсидии или единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения, установленный пунктом 3 Правил расчета субсидии для приобретения или строительства жилого помещения (жилых помещений), предоставляемой военнослужащим - гражданам Российской Федерации и иным лицам в соответствии с Федеральным законом "О статусе военнослужащих" (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 февраля 2014 года № 76), и пунктом 2 Постановления Правительства Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с предоставлением субвенций субъектам Российской Федерации на осуществление полномочий Российской Федерации по обеспечению жилыми помещениями граждан, уволенных с военной службы (службы), и приравненных к ним лиц, переданных для осуществления органам государственной власти субъектов Российской Федерации", равен 18 квадратным метрам на каждого члена семьи, если обеспечению подлежит семья из трех и более человек. Следовательно, от числа членов семьи, реализующих право на жилище, напрямую зависит объем этого права, ведь такой показатель, как норматив общей площади жилого помещения, по существу, гарантирует гражданам возможность проживать в надлежащих условиях, поскольку лишь нормальная жилищная обеспеченность позволяет каждому члену семьи полностью удовлетворить свои потребности в здоровой среде, в полноценном отдыхе, в развитии (в том числе творческом), в получении образования и т.д. Учет количества членов семьи умершего военнослужащего на момент его смерти фактически ведет к тому, что его семье, состав которой может измениться к моменту осуществления жилищных прав, будет предоставлено жилое помещение (жилищная субсидия, единовременная денежная выплата на приобретение или строительство жилого помещения) в размере, который вопреки требованиям закона не гарантирует надлежащих условий проживания. Иными словами, не только несовершеннолетние дети ставятся в разное положение в зависимости от того, были они рождены до смерти отца или после, но и сама семья военнослужащего в случае наличия в ней ребенка, рожденного после его смерти, оказывается в худшем положении по сравнению с семьями, в которых все дети рождены до смерти отца, проходившего военную службу. Соответственно, пункт 11 статьи 151 Федерального закона "О статусе военнослужащих", устанавливая в качестве даты, на которую определяется состав семьи военнослужащего для целей жилищного обеспечения, день его смерти, фактически служит основанием для дифференциации правового положения таких семей исключительно по формальному признаку
- времени рождения детей (до или после смерти отца). Это приводит к нарушению прав всех граждан, входящих в состав семьи, поскольку снижает общий объем гарантий в сфере жилищного обеспечения, предоставляемых семье с учетом числа ее членов.
5. Таким образом, пункт 11 статьи 151 Федерального закона "О статусе военнослужащих" не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 7, 19 (части 1 и 2), 38 (часть 1), 40 (части 1 и 3) и 671 (часть 4), в той мере, в какой эта норма предполагает определение размера общей площади жилого помещения (норматива общей площади жилого помещения при предоставлении жилищной субсидии, единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения), предоставляемого членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего, исходя из состава семьи на дату его гибели (смерти) и не предусматривает тем самым возможности учесть для целей определения общей площади жилого помещения (норматива общей площади) того ребенка (детей) военнослужащего, который (которые) родился (родились) после его гибели (смерти). Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в настоящем Постановлении, - внести в действующее правовое регулирование изменения, гарантирующие права ребенка (детей) военнослужащего, родившегося (родившихся) после его гибели (смерти), и семьи этого военнослужащего в целом. Впредь до внесения изменений, вытекающих из настоящего Постановления, правоприменителям следует исходить из необходимости включения в состав членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на жилищное обеспечение, его ребенка (детей), родившегося (родившихся) после его гибели (смерти). Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 471, 71, 72, 74, 75, 78, 79, 80 и 104 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации постановил: 1. Признать пункт 11 статьи 151 Федерального закона "О статусе военнослужащих" не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 7, 19 (части 1 и 2), 38 (часть 1), 40 (части 1 и 3) и 671 (часть 4), в той мере, в какой эта норма предполагает определение размера общей площади жилого помещения (норматива общей площади жилого помещения при предоставлении жилищной субсидии, единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения), предоставляемого членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего, исходя из состава семьи на дату его гибели (смерти) и не предусматривает тем самым возможности учесть для целей определения общей площади жилого помещения (норматива общей площади) того ребенка (детей) военнослужащего, который родился (родились) после его гибели (смерти).
2. Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в настоящем Постановлении, - внести в действующее правовое регулирование необходимые изменения.
3. Впредь до внесения в действующее правовое регулирование изменений, вытекающих из настоящего Постановления, правоприменителям следует исходить из необходимости включения в состав членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на жилищное обеспечение, его ребенка (детей), родившегося (родившихся) после его гибели (смерти).
4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
5. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете", "Собрании законодательства Российской Федерации" и на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru). Конституционный Суд Российской Федерации № 52-П